Рабыни за блеском витрин (часть 2)

Магазин – мышеловка для продавца. Даже с сыром.

Моя подруга хотела подработать где-нибудь летом. Но с незаконченным образованием, без трудовой и санитарной книжек никто не хотел брать. Тем более, всего на 2 месяца. Самое простое в этом случае было –  устроиться фасовщицей в магазин к частнику. Правда, сказали, без санкнижки не возьмут. Пришлось сделать. И с этого момента начались ее злоключения в магазине.

«Я работаю по залу. Мои обязанности – промаркировать товар, выложить и поправлять при необходимости. Больше никакой работы мне доверить нельзя – нет спецобразования. Но если не выходит кто-нибудь из продавцов, мне без проблем говорят его подменять. Не раз я резала хлеб, подменяла продавца на нарезке сыров в отделе.

Меня удивляло все. Я же новенькая, никогда не была по ту сторону прилавка. Боясь сделать что-нибудь не так, не стесняясь спрашивала у продавцов со стажем (хотя таких в моем магазине было мало), а то и у самой заведующей. Их ответы и рассуждения повергали меня в еще больший шок. Они так легко и просто говорят о всех ущемлениях со стороны хозяев и обо всех нарушениях с их стороны!..

Хлеб и сыр мне сказали резать руками, без перчаток, одним и тем же ножом. Я молча резала. Скоро этот сыр заплесневел, мне сказали размотать упаковку с каждого кусочка, обрезать плесень, перевесить его и опять запаковать. И через час я уже смотрела, как его вновь берут с прилавка и кладут к себе в корзины люди.… И ничего сказать им не могла.

Перебивать сроки годности на залежалый товар – частое явление в магазинах. Либо поверх просроченных чисел клеят новые цифры, либо первоначальный срок годности затирают растворителем и пишут новый. Это проще. Когда мне в первый раз сказали так сделать, я сказала, что не буду. Да не могу я так! А если в это время мои родители или маленькая племянница покупают такую же еду! За возмущения и пререкания на меня вылили тот самый растворитель. Это быстро меня успокоило. Больше не митингую. Теперь я молча и исправно стираю все что есть сроки годности.

Как мы обедаем? – Да никак. Персонала не хватает, поэтому официального обеда у нас нет. По очереди выходим из зала в подсобку на 10-15 минут перекусить. Вот и весь обед. А работаем по 14 часов! За это время съедаю банку растворимого картофельного пюре и шоколадный батончик. Пюре – чтобы желудок набить и есть не хотелось, а шоколад – для утешения. Больше на работе ничего не радует. В магазине считается нормой себе на обед отрезать от половинки хлеба себе пару кусков на бутерброд. Потом это оплатит покупатель – хлеб ведь не на вес.

В выкладывании товара на прилавок, как оказалось, есть немало тонкостей. Все новые продукты я должна оградить завесой из старых. Пусть сначала черствый хлеб купят и уже начавшую попахивать сметану. И только дотошные бабули и опытные хозяйки смогут раскопать на нижней полке или в самом углу что посвежее. Остальные люди в спешке хватают что ближе. А по-другому я выкладывать не могу: за всем следят. За нами – в особенности. А если я что-то купила, нужно наклеить на это чек, несколько раз на день у нас проверяют сумки.

У нас есть кондиционер. Но нам не разрешают его включать – экономия. Даже в самые жаркие дни. То же и с холодильниками. Иногда их просто отключают и товар там лежит при такой же температуре, как и не портящиеся сухари и минералка на обычных полках.

Меня бесит эта система с ценами! Выложу новый товар, а купить его нельзя: цены не наклеены, еще неизвестны. Опять ругань… Или новый товар пришел, а цен на них еще нет. Все стоит и портится в подсобке, а покупатели на меня спускают всех собак: мол, лентяйка этакая, вон из дверей виднеются ящики, а ты не выложила ничего, за что ж деньги получаешь…

А сколько тех денег?!

Мы перерабатываем. Вместо положенных 14 часов бегаем между товарных рядов все 16. За это нам не доплачивают, но дают 2 лишних выходных в месяц. На словах. Пока никто из продавцов так и не смог ими воспользоваться.

У нас забирают на рабочее время телефоны. Это даже не подлежит обсуждению. Да мне и некогда болтать, но вдруг что случиться? Я даже сообщить об этом не смогу.

Я по нескольку раз в день перекладываю товар с места на место. Например, привезли пиво и мороженое одной марки с утра. Я ими забила до отказа по 3 холодильника – чтоб пустыми не стояли.  А днем привезли другой сорт – мне надо освободить по одному холодильнику. А вечером и третий сорт привезли – разгружай еще один холодильник. Требуют, чтобы был представлен весь ассортимент. Вот я целый день и таскаю с места на место одно и то же. Потому что мы не знаем, когда приедет машина и что привезет!

Бывает, привезут целую машину молока и сливок, у которых через 2 часа срок годности закончится. А мы их уже полдня ждем.… Но зачем нам теперь столько много? Люди не раскупят (и уж тем более не выпьют) за 2 часа столько ящиков!

У нас на зале работает всего 3 человека. Мы не успеваем за всем приглядеть. А нас заставляют вовремя подставлять каждую бутылочку – чтобы «дырок» на прилавках не было.

Однажды мы решили помыть холодильник. Магазин только открылся, народу не было. В этот момент как раз зашел гендиректор, мужчина, который никогда не работал в магазине и заезжает сюда раз в месяц исключительно за выручкой. «Что вы тут трете посреди магазина, что за бардак?» - мне казалось, он орал так, как будто мы наоборот испачкали или вообще сломали этот холодильник. В итоге – куча матов, оскорблений и конечно, штраф. Куда ж без него. А холодильник все рано пришлось домыть.

Мой график работы – «2 через 2». Но после 2-х дней такой работы я не могу отдохнуть даже за следующие 2 дня. Меня все терзают мысли о том, что вновь придется туда возвращаться…»

Она не может сбежать – контракт на 2 месяца. Заработанные деньги не покроют нервные клетки и подсаженное здоровье. Но за это время эта девушка (а вместе с ней тот узкий круг друзей, кому она могла тихо рассказать обо всем) многому научились: держать удар, терпеть, никогда больше не работать в торговле и… не покупать нарезанный сыр… 

А еще сейчас все обеспокоенны симптомами свиного гриппа, на который тяжеловато найти лечение. Свиной грипп развивается быстро и может привести к смерти.